Ильин день - 2 августа

Ильин день - 2 августа

Культ пророка Илии, придя из Византии, где он был широко распространен, на Руси соединился с дохристианскими славянскими верованиями и приобрел ярко выраженный народный характер. Так, святому Илии приписывалась власть над грозой, громом, молнией, дождем, ветром, таким образом, он ассоциировался со своим предшественником - языческим Перуном-громовержцем. 


Образ Ильи-пророка принадлежал к числу наиболее чтимых на Руси святых, особенно на Севере - в Новгороде и Пскове. Его изображение в течение многих веков встречалось на иконах среди избранных святых, или в известном иконографическом сюжете "Огненное восхождение пророка Ильи", в произведениях ювелирного искусства, в многочисленных апокрифических текстах и лубочных картинках. И почти везде его облик суров и грозен, "сердитым", "страшным", "опасным", "огненным", "могучим", "тученосным", "громовым" величал Илью народ, и в то же время надеялся на его защиту и покровительство, воздавая должные почести, принося жертвы, соблюдая определенные запреты и молясь, так как только в этом случае, по народным представлениям, Илья не оставит своей милостью и не покинет в беде. Поэтому отмечался не только сам Ильин день, но и придавалось большое значение его канунам: "Баскому Четвергу" - четвергу на "Ильинской неделе", в который выпекали специальное обрядовое печенье - "колоб" - пирог с саламатой (Белозерье); Ильинской пятнице (см. Параскева). 

В воображении народа Илья виделся то разъезжающим в вихре по небу на огненной колеснице, запряженной четырьмя конями, окруженный со всех сторон пламенем и разбрасывающий свои огненные стрелы, то спокойным и умиротворенным, проливающим на землю щедрый дождь: 
                    "У нас было на сырой на земле - 
                    Претворилися такие чудеса: 
                    Растворилися седьмые небеса, 
                    Сокатилися златые колеса, 
                    Золотые еще огненные. 
                    Уж на той колеснице огненной 
                    Над пророками пророк, сударь гремит, 
                    Наш батюшка покатывает, 
                    Утверждает он святой божий закон". 
                               (Некрылова А.Ф. 1991. С. 286-287). 

Образ Ильи-пророка многогранен. Он вобрал в себя церковные и народные компоненты, элементы традиционной аграрной магии и древних культов, верований, обычаев и обрядов. Ильин день включил в себя архаические элементы, характерные для культа камней, воды, огня, деревьев; языческие ритуалы - жертвоприношения, коллективные трапезы сплелись с мотивами библейского сказания. 

В народе сложено о нем множество легенд и преданий, повествующих о проявлении гнева или милости пророка, о чудесах или небесных знамениях, связанных с ним. Так, по легенде Орловской губ. пророк Илья представлялся в виде калеки, который до 33 лет не мог ходить и которого проходивший мимо Бог вылечил с помощью двух с половиной ведер воды и наделил недюжинной силой. "Я могу поворотить весь свет по-иному, если бы был столб средь неба и земли, то разрушил бы я всю землю", - говорит Илья Богу, чем пугает его, и тот спешит сбавить Илье силу и сажает его под землю на 6 недель. По истечении этого времени Господь наделяет Илью огненной колесницей с ангелами и велит владеть ею до его прихода на землю, "и пусть в твоих руках отныне будет гром и молния". По народному поверью, перед концом света Илья спустится на землю на этой колеснице и три раза объедет землю, предупреждая всех о Страшном суде. 

Об этом так говорится в духовном стихе: 
                    "Сошлет Господи пророчество, 
                    Илью-пророка и Онофрия, 
                    И станут святые пророчити. 
                    И сойдет на землю бездушный бог, 
                    Бездушный бог Антихристос, 
                    Он исколет святое пророчество. 
                    От той-то от святой-то крови 
                    Загорится матушка сыра земля: 
                    Со восхода загорится до запада, 
                    С полуден загорится да до ночи. 
                    И выгорят горы с раздольями, 
                    И выгорят лесы темные. 
                    И сошлет Господи потопие 
                    И на три дни, на три месяца, 
                    И вымоет матушку сыру землю, 
                    Аки харатью белую, 
                    Аки скорлупу яичную, 
                    Аки девицу непорочную, 
                    Аки вдовицу благочестивую…". 
                               (Голубиная книга. 1991. С. 243). 

В орловской легенде образ Ильи-пророка соединяется в народном воображении с образом былинного богатыря Ильи Муромца (Ср. "Илья Муромец по небу на шести жеребцах ездит"). 

День почитания Ильи-пророка падал на июльский жаркий и грозовой период, особенно ответственный для крестьян - созревший и готовый к жатве урожай мог погибнуть от дождя, града или молнии, которыми руководил Илья-пророк. Народ верил в то, что Илья управлял плодородием земли и без его воли не будет собран хороший урожай, поэтому об Илье говорили: "Пророк-Илья - воевода небесных сил" (пермск.); "Илья грозы держит и наводит", а услышав гром отмечали: "Илья великий гудит" (нижегородск.); "Илья-пророк по небу на колеснице ездит"; (вар. "Илья едет на колеснице, запряженной быком и львом" (сибирск.); "Илья-пророк - громобой". В народе верили, что гром образуется от стука по небесной дороге колесницы Ильи-пророка, а день его памяти называли "громовым" праздником. Следили: "Глухой гром - к тихому дождю, гром гулкий - к ливню"; "Гром беспрерывен - будет град"; "Гром гремит громко и не резко - к ненастью, если же отрывисто и непродолжительно - будет ясно" и т.д. На Илью часто бывают так называемые "воробьиные ночи" с раскатами грома, молнией, озаряющей небо, с испуганными птицами, которые мечутся, вспархивают, натыкаются на разные предметы и падают. В такие ночи ревет скот и мучается бессонницей человек. 

Чтобы отвести опасность от своего дома, полей, скота крестьяне вечером накануне Ильина дня окуривали весь дом ладаном, а также закрывали полотном или выносили из дома все светлые и блестящие предметы - самовары, зеркала и др., так как, по народным представлениям, Илья-пророк считал роскошью иметь такие предметы в крестьянском быту, мог послать молнию и спалить дом (вологодск.). В народе знали, если в Ильинскую грозу молния зажжет избу, то тушить ее надо не водою, а молоком или сывороткой. В предосторожность "от тучи" - сильного дождя с градом и молнией - крестьяне выставляли хлеб и соль за окно, после чего носили их к реке и опускали в воду (вятск.). В некоторых местах Илью задабривали приношениями. Так, в Вятской губ. крестьяне в праздник Ильи-пророка приносили в церковь "под свято" (т.е. жертву) - ногу барана, пчелиный мед, колосья свежей ржи и зеленый горох. Часть принесенного оставляли в церкви, а частью - разговлялись дома. О том, какие дары более угодны Илье, известна легенда, рассказывающая о двух спорящих об этом соседей, решивших возникшее разногласие тем, что и "от овцы свято и от пчелы свято" (орловск., вятск.). 

Кроме того, чтобы умилостивить грозного пророка в Ильин день не разрешалось работать в поле ("На Ильин день в поле не работают"; "Кто робит в Илью, того гром убьет") и огороде. Считали, что если в этот праздник поработать в огороде или даже просто зайти туда, то огурцы сгниют на корню и опадут, а капуста сделается мягкой. Нельзя было и косить сено: "Скошенная в этот день трава вся непременно на месте сгниет, а сметанное сено по полю все ветром разнесет" (пермск.); "На Ильин день стогов не мечут - спалит грозой"; "На Илью грех возить сено - Илья сожжет его". 

За непочтительное отношение к своему празднику Илья-пророк жестоко наказывал. Так, работавшего в Илью крестьянина, в поле застала гроза; он пытался спрятаться под лодку, но ударившая "громовая стрела" убила мужика (сибирск.). Из-за другого косившего сено крестьянина появилась ворона с горящей веткой в клюве, стала перелетать с "зарода" (стога сена) на "зарод" и сожгла сено у многих односельчан (сибирск.). Поэтому сами крестьяне строго следили, чтобы никто не работал в этот день, так как отвечать за это придется всем - Илья может за подобный грех сжечь всю деревню. Так, у не подчинившихся общему правилу крестьян могли выпрячь лошадей из телеги, снять хомут и сбрую и пропить всем обществом в кабаке (калужск.). По ярославской легенде, работавший в поле крестьянин и забывший отслужить Илье молебен в его праздник, чуть было не лишился всего урожая, так как проходивший мимо вместе со св. Николаем разгневанный Илья сказал: "А вот посмотрим еще, много ли достанется! Как спалю я молнией, как выбью градом все поле, так будет мужик твой правду знать да Ильин день почитать". И только заступничество св. Николы (антипода пророка Ильи), научившего мужика, что делать, спасло его от беды. 

Кроме функции повелителя грозы, грома и молнии, Илья-пророк исполнял функцию "хозяина дождя". Народные легенды так говорили о том, почему на земле идет дождь: Илья, развозивший по небу воду для святых, "расплескивает малость"; а зимой не бывает грозы с дождем, т.к. "зимою святые без воды сидят" (смоленск.) или: любознательный крестьянин поднялся на небо и увидел Илью-пророка, разъезжавшего на своей колеснице, от движения которой происходил сильный гром, а из-под копыт крылатых коней вылетала молния. Илья подъезжал к большому чану с водой - черпал воду ковшом и поливал небо, от чего на земле шел дождь (владимирск.) 

Издавна на Руси строились церкви, посвященные Илье-пророку. К храмам Ильи Мокрого и Ильи Сухого совершались крестные ходы, в них служились молебны. К Илье Сухому обращались с мольбой о сухой и ясной погоде, к Илье Мокрому с просьбой о ниспослании дождя. Кроме того, во время засухи ходили к почитаемым источникам, опускали в родник икону или ставили на ворота чаши с овсом и рожью (одна из жертв Илье) и молили пророка о дожде (пензенск.). В поле совершали молебны с водосвятием, во время которых каждый из хозяев клал в воду колос со своей полосы. А по окончании молебна, кроме окропления священником всего поля, каждый брал воды в бурак для себя и снова обрызгивал свои полосы, приговаривая: "Благослови, Христос". Часто такие молебствия совершались по обету, в основе которого лежало какое-нибудь несчастье, произошедшее в Ильин день: молния зажигала дерево или убивала человека, градом выбивало хлеб. 

В народе говорили: "До Ильи и поп дождя не намолит, а после Ильи и баба фартуком нагонит"; "Дождь в Ильин день предвещает обильный урожай ржи на следующий год"; "До Ильина-дня дождь - в закром, а после Ильина-дня - из закрома"; "На Ильин день дождь - будет мало пожаров, вёдро - много". Дождь, собранный в Ильин день считался целебным: "он избавлял от очного призора и всякой вражей силы", но вместе с тем ильинские грозы и дожди неблагоприятно влияли на цветение растений и приносили вред их плодам. Так, лесные орехи от ильинских гроз червивеют и делаются черными и трухлявыми. 

Ильин день приносил с собой ненастье и запрещение купаться: "Придет Илья, принесет гнилья (дождей)"; "До Ильина дня тучи по ветру идут, после Ильина дня - против"; "До Ильина дня и под кустом сушит, а после Ильина дня и на кусте не сохнет"; "До Ильи мужик купается, а с Ильи с рекой прощается". Запрет на купание народ объяснял по-разному: "вода студена"; "от быстрой езды Ильи-пророка по небу одна из лошадей уронила подкову в воду, от чего вода и становится холодной" (ярославск.); "можно утонуть или заболеть" (пермск.); "Илья бросает кусочек льда, а лось обмакивает рога"; "олень переплыл через реку и воду остудил" (новгородск.); "олень в воду лапу окунул" (пермск. "медведь лапу обмочил"); "олень прогорчил воду". В Белозерье считали, что вода после Ильина дня осквернена выкупавшимся в воде чертом (черт в местных поверьях соотносился с водяным); по другой версии говорили, что "черт с солью приезжает", после чего, особенно опасно купаться было девушкам: "Как вас поймает, осолит и все". 

Предания и поверья приписывают Илье-пророку происхождение не замерзающих зимой родников и ручьев (так называемых "гремячих" или святых), произошедших от удара огненных ("громовых") стрел пророка о камень. Над такими святыми источниками ставились кресты и часовни с иконами св. Ильи и Божьей Матери, к ним совершались крестные ходы, а вода в них считалась целебной. 

По народным поверьям, огненными стрелами-молниями, пускаемыми на землю, Илья-пророк очищает ее от нечистой силы и дьявола (пораженная нечисть глубоко уходит в землю и выходит обратно через семь лет /Московская губ./): "своими огненными, а то и каменными стрелами он поражает духов тьмы" (Коринфский А.А. 1995. С. 309). Илья преследует сатану: где тот спрячется - туда и "громовая стрела падает"; о причине их ссоры существует легенда, повествующая о лешем, которому срочно надо было сшить шубу. Не успев сшить ее днем, он принялся за работу ночью, сев под сосну, когда "Илья гремел", и делал это при свете молнии, ворча: "Што, молнишка, не часто светишь". Рассердившись, Илья пустил в черта громовую стрелу, которой расщепил дерево, а "лешак увернулся и убег с шубой" (енисейск.). Также как и нечисть, Илья наказывает и людей за плохие поступки, особенно за обман и корысть. Пытаясь спастись от огненных стрел, нечистая сила прячется в домах, в дуплах и кронах деревьев, на межах, под шляпками ядовитых грибов (называвшихся в народе "яруйки"); зачастую нечистые оборачивались в домашних животных, диких зверей, гадов; опускаясь в воду, черти превращались в рыб, могли спрятаться в церкви или даже войти в человека, если на нем не было креста (преследуя нечистого духа, спрятавшегося в человека, Илья может убить невинных людей, поэтому были распространены поверья, что "убитые громом попадают в царство небесное"). В Елатомском у. Тамбовской губ. верили, что водяные появляются только ночью, так как днем боятся Ильи-пророка, который с "чертова побоища" гоняется за нечистой силой и убивает, если увидит днем на поверхности земли. Избегают смерти только те, кто успеет обратиться в "ужа с короной или божью пчелу". 

Чтобы нечистая сила, прячущаяся от Ильи-пророка, не могла проникнуть в дома и чтобы его гнев не достиг самих людей, соблюдался целый ряд охранительных мер: хозяева не пускали в дом кошек и собак, так как нечисть искала убежища внутри них, держали наготове ружья, опасаясь того, что нечистая сила в облике волков и других зверей может приблизиться к жилью, а змеи искусают людей и животных; рыболовы не ели пойманную во время грозы рыбу, у которой красные глаза, так как в ней спрятаны черти; старались не прятаться в воде и под деревом, особенно под сосной с двумя верхушками, бегать по дорогам и межам, громко разговаривать и кричать, стрелять и петь; во время грозы следовало плотно закрыть двери и занавесить окна, перед иконами зажечь лампадку, крещенскую или четверговую свечу; креститься самому и крестить место вокруг себя со словами: "Свят, свят господь бог Саваоф" или "Илья-пророк, избавь от грома трясучего, от стрелы летучей", при этом необходимо быть с непокрытой головой. 

"Огненные стрелы" (молния); "громовые стрелы" (так в народе назывались шлифованные орудия каменного века, преимущественно неолитического периода), которые Илья-пророк использовал в борьбе с нечистой силой, широко применялись в народной медицине. Так, "громовые стрелы", не попавшие в черта и оставшиеся в земле, собирались крестьянами и использовались в лечебных целях: считалось, что полезно умывание с "громовой" стрелы; водой, политой со стрелы лечили больных, при этом следили, если через шесть дней больной не начнет выздоравливать, то его ждет смерть (костромск.); "громовыми стрелами" растирали опухоли и т.д. 

Имя самого Ильи-пророка проникло в "целительные" поверья и заговоры. К нему обращались за исцелением от разных болезней: икоты, порчи, уроков, осуда, притки, прикоса, призору очес, сглазу, падучей, сибирской язвы, при этом произносили заговор: " …на том Окияне море стоит Божий остров, на том острове лежит бел горючь камень Алатр, а на камени святый пророк Илия с небесными ангелами. Молюся тебе, святый пророче Божий Илия, пошли тридцать ангелов в златокованном платье, с луки и стрелы, да отбивают и отстреливают от (имя рек) уроки и призоры, и притки, щипоты и ломоты, и ветроносное язво, туда, куда крылатая птица отлетает…" (Великорусские заклинания. 1994. С. 81). Чудодейственную силу при лечении болезней имели свечи, вытопленные из змеи, убитой в день Ильи-пророка; а от зубной боли помогала кора, снятая со старого дуба, считавшегося деревом громовержцев (в частности, Перуна), из-под которых вытекали бы ключи, вымоченная в этих ключах и привешенная к ладанкам (тульск.). 

Кроме того, помогал Илья от укуса змеи, был защитником в бою, его имя упоминалось в заговоре от опасности в сражениях и в молитве-заговоре "от огненного бою и от сабель, и от копий, и от всякого ратного оружия на войну идучи, и от всякого немеренного меча": "Именем святого пророка Ильи от порчи и от стрел, и пулкя, и дробь, и ядро стой, не ходи ко мне" (Иваницкий Н.А. 1890. № 7. С. 135); в заговоре от колдуньи, напустившей на человека порчу: "Еще покорюсь я, раб Божий (имя рек), Илие пророку: свет ты, Илья пророк, огненна карета и огненна колесница, туго ты тянешь, метко стреляешь, врага и супостата убиваешь и огнем опаляешь, чтобы меня, раба Божия (имя рек), не испорчивать, не исколдовывать ни колдунье, ни злому и лихому человеку, ни злой крови и думе злой, помышлению, встречному и постижному, и на питие и на еже в пиру, в беседе, во всякой смертной потехе" (пермск.- Агапкина Т.А. 1994. С. 113). Недаром, чтобы не пострадать от Ильи-пророка "пережинщицы" - колдуньи, совершившие заломы во время цветения ржи или другого хлеба с целью, чтобы созревшее зерно было перенесено в житницу последних (см. Иван Купала) - купались в Ильин день между заутреней и обедней, желая очиститься от совершенного греха. 

Почти повсеместно по всей России наиболее значимым обрядом Ильина дня были коллективные трапезы с закланием барана или быка (ранее - оленя), известные под названием "мольбы", "жертвы", "мирские складчины", "братчины", "быкобои". Подобные жертвоприношения происходили и в дни чествования других святых: Василия Великого (см. Васильев вечер); Георгия Победоносца (см. Егорьев день); Петра и Павла (см. Петров день), Флора и Лавра; Николая (см. Николин день); Михаила (8/21 ноября) и др., а также в дни обетных жертвоприношений, происходивших в случае неурожая, падежа скота или повальной болезни. Так, в Вятской губ. таким днем была "Недостовская" - первое воскресенье после Петрова дня: если у крестьянина "не велась" (т.е. часто умирала) скотина, то он обрекал в жертву первое новорожденное животное и кормил его до трех или четырех лет. После того, убивал (по-местному выражению, "молил") обреченную в жертву скотину и вырученные деньги клал в церковную казну, или приглашал соседей и кормил их мясом убитой скотины, и тогда каждый из гостей клал в кружку определенное количество денег. Такие "жертвы", сопровождаемые молитвами "правили" (исполняли) только "чистыми" животными, т.е. теми, которые разрешались церковью в пищу. 

Обряд жертвоприношения имел под собою языческую основу и нес вполне определенное магическое значение - обеспечить урожай, плодовитость скота, благополучие в семье. 

Ритуал состоял в следующем: в Ильин день крестьяне одного села или деревни или нескольких окрестных сгоняли к церкви рогатый скот, где священник окроплял все стадо "святой" водой. После торжественной обедни выбранное "всем миром" и купленное на собранные в складчину деньги животное закалывали. Выбор "моленного" животного имел локальные традиции: в Пудожском у. Олонецкой губ. в жертву приносился "нехолощенный" бык красной масти для того, чтобы Илья дал ясную погоду для сенокоса и уборки хлеба ; в Калужской губ. приводили молодых барашков, в Вятской - баранов и овец, которых называли "ильинчики"; в Пермской быка или теленка и т.д. Закалывал жертвенное животное старейший или самый почтенный человек из собравшихся, иногда подобное действие производил колдун; заклание происходило специальным длинным ножом - "священным" под колокольный звон. Мясо варили в общем котле, делили по числу присутствующих и раздавали им за деньги, идущие потом в пользу церкви. Кровь жертвенного животного собирали и мазали глаза и лоб, а детям - щеки, чтобы здоровье и крепость животного передались человеку. В некоторых местах жертвоприношение совершалось в крестьянских дворах, а в церковь приносились уже печеные и жареные козьи и бараньи головы с горохом или говяжьи ляжки; при этом крестьяне говорили: "Илья - бараний рог"; "На пророка Илью баранью голову на стол" (вологодск.); Илья младше Миколы, поэтому "бык Миколе, а баран Илье". 

Для ильинской "мольбы" варилось пиво или сусло. Для его приготовления применяли солод из зерен ржи, собранных у жителей деревни. Варка пива либо сопровождала трапезу с жертвенным мясом, либо была самостоятельным событием, являясь магическим аграрным действием. 

Ильинские братчины устраивались каждый год в разных деревнях, либо в одной и той же, где он был престольным или обетным. Происходила трапеза на улице, угощались не только жители деревни, их гости, но и нищие, собиравшиеся со всех окрестных мест. В день праздника в деревню приносили из церкви икону Ильи-пророка, служили молебны (отсюда название "мольбы"). 

Организаторами Ильинской братчины, в отличие от многих других общественных праздников, были мужчины - они участвовали в приготовлениях к коллективному пиршеству и им же принадлежала основная роль в его проведении. 

Заканчивались подобные братчины гуляньями молодежи, играми, хороводами, песнями. Во время праздничных гуляний исполнялся обычай: выходили с чурками (поленьями) за околицу, нападали на первого встречного и били его, совершая таким образом "обряд защиты жатвы от тайной порчи, связанной с верой в дух зерна" (Макашина Т.С. 1982. С. 93). 

Известно, что к Ильину дню во многих местах России поспевала рожь: "Рожь поспевает к Ильину дню, убирается на Успенье" (нижегородск.); "Пророк Илья куда ни махнет, всюду жито растет" и начиналась жатва: "Илья жниво зачинает, лето кончает"; "Ильин день зажинает"; "Первый сноп - первый осенний праздник". В южных губерниях России ко дню Ильи-пророка жатва уже заканчивалась: "Илья-пророк в поле копны считает"; "Когда на Ильин день бывает гроза, то говорят, что Илья-пророк поехал копенки считать". С именем Ильи чаще всего связывался дожиночный обряд "завивания бороды" (см. "Дожинки"), при его исполнении говорили: "Вот тебе, Илья борода - на лето уроди нам ржи да овса". Илья видится покровителем урожая и плодородия и в фольклорной традиции. В колядках он выступает сеятелем: 
                    "Ходит Илья 
                    На Василья, 
                    Носит пугу 
                    Дротяную, 
                    А другую жестяную. 
                    Сюда махне, 
                    Туда махне - 
                               Жито расте…"(Земцовский И.И. 1970. С. 126 - 127). 

Характерен образ Ильи в вятской подблюдной песне, предвещающей богатство и счастье: 
                    "Илья ходит пророк 
                    По полю. 
                    Считает суслончики 
                    Частеньки, - 
                    Во первом-то поле 
                    Сто суслон, 
                    В другом-то поле 
                    Тысяча, 
                    В третьем-то поле 
                    Сметы нет…" 
                                (Колосов М.А. 1877. С 256). 

При весеннем Егорьевском обходе дворов, в день первого выгона скота в поле пели: 
                    "Святой Илья 
                    По межам ходит, 
                    Святой Илья! 
                    
                    По межам ходит, 
                    Жито родит, 
                    По межам ходит!" 
                                (Земцовский И.И. 1970. С. 318). 

Часто ко дню Ильи-пророка, особенно на юге России, на столе появлялся хлеб нового урожая - "новая новина", поэтому об этом дне говорили: "Новая новина на Ильин день"; "Петр с колоском, Илья с колобком"; "Знать бабу по наряду, что на Ильин день с пирогом"; "То и веселье ильинским ребятам, что новый хлеб"; "У мужика та обнова на Ильин день, что новинкой сыт". Это событие было важным моментом в жизни крестьянина, вот почему с первым хлебом нового урожая производился ряд обрядовых действий: так как без благословения священника есть первый хлеб не разрешалось, то хлеб, испеченный на Ильин день, приносили для освящения в церковь (тульск.); иногда хлеб из новой муки приносили в церковь и клали перед иконой св. Ильи (Мценский у.); "для плодородия" происходили молебны над чашками с зерном. Кроме нового хлеба, появлялась на Ильин день и новая солома, которой набивали перины и устраивали постели: "Ильинская соломка - деревенская перинка"; "Новая новинка на Ильин день - спят на Ильинской (первой) соломе (тульск., новгородск.). 

Помимо "нового хлеба" в церковь приносили для освещения огурцы и горох, до Ильина дня огурцы собирать не разрешалось: "пужалиха поймает - горох отберет" (вятск.); "С Ильина дня защипывай горох - а репу с Ивана Постного"; "Принято в Ильин день разговляться свежим огурцом. Грехом до Ильина дня считалось есть и морковь, ее тоже приносили в этот день для освещения в церковь, а св. Илью называли "морковником" (костромск.); "после Ильина дня не советуют есть земляники, иначе будешь дремать" (белозерск.). 

К ИЛЬИНУ ДНЮ ПРИУРОЧИВАЛИСЬ МНОГИЕ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫЕ ПРИМЕТЫ И РЕКОМЕНДАЦИИ, ОТНОСЯЩИЕСЯ К СОЗРЕВАНИЮ К УБОРКЕ ХЛЕБОВ И ОВОЩЕЙ, К ПРЕДСТОЯЩЕМУ ОЗИМОМУ ПОСЕВУ: "КОЛИ К ИЛЬИНУ ДНЮ РОЖЬ УБРАНА, ТО НОВЫЙ ПОСЕВ ОКАНЧИВАЕТСЯ ДО ФЛОРА И ЛАВРА, А КОЛИ РОЖЬ ПОСПЕВАЕТ ПОЗЖЕ, ТО И СЕЙ ПОЗЖЕ, ДО СЕМЕНОВА ДНЯ"; "К ИЛЬИНУ ДНЮ ХОТЬ КНУТОМ ПРОХЛЫСНИ, ДА ЗАБОРОНИ /ПАР/"; "ДО ИЛЬИ ХОТЬ ОДНИМ ЗУБОМ ПОДЕРИ (ПАШНЮ ПОД ОЗИМЫЕ)"; "В ИЛЬИН ДЕНЬ ЕСЛИ С УТРА ОБЛАЧНО, ТО СЕВ ДОЛЖЕН БЫТЬ РАННИЙ, И МОЖНО ОЖИДАТЬ ОБИЛЬНОГО УРОЖАЯ; ЕСЛИ ОБЛАЧНО В ПОЛДЕНЬ - СРЕДНИЙ СЕВ, А ЕСЛИ ВЕЧЕРОМ - СЕВ ПОЗДНИЙ И УРОЖАЙ ПЛОХОЙ"; "НОВАЯ НОВИНКА НА ИЛЬИН ДЕНЬ - СЕЮТ НА ИЛЬИНСКОЙ ПОЛЯНЕ". 

Помимо завершения жатвы, старались к Ильину дню закончить и сенокос, сушили и убирали сено в стога: "Илья-пророк косьбе срок"; "В ильинском сене сладимая яства в цветах для скотины"; "Кто до Ильина дня соберет 100 копен сена, у того в сене будет собрано 12 пудов меду" (пермск.); "До Ильина дня сено сметать, пуд меду в него накласть, после Ильина дня - пуд навозу" (костромск., владимирск.); "Сенокос надобно кончать до Ильина дня: после Ильи на вилах сено сушить". 

Запрет на работу в Ильин день, допускал исключение для одного занятия - подрезания первых сотов на пчельнике, перегонки пчел, подчищения ульев. Пчеловоды говорили: "На Илью-пророка улья заламывают"; "Богат как ильинский сот". К Ильину дню роение пчел завершалось, чужой рой, прилетевший в более позднее время считался ненадежным и прогонялся. "Ильинский рой не в корысть" (поздний). Исключительное отношение к работе, связанной с пчелами, было не напрасным - "божьей работницей" называл народ пчелу и считал, что ее работа - "Богу на свечку", что и защищает пчелу от недовольства Ильи-пророка. Даже нечистая сила будет спасена, если укроется от "громовых" стрел в "божью пчелу" или в улей. 

Кроме вышеперечисленных запретов, связанных с Ильиным днем, еще один касался скотины: не разрешалось выгонять на пастбище скот, так как верили, что если это сделать, то рассерженный Илья-пророк погубит и животных и пастуха; по другому поверью, звери и гады, в Ильин день выходящие из своих нор и бродящие по лугам и лесам, считались прибежищем нечистой силы, которая может принести вред людям и домашнему скоту, если они не будут находиться дома. Говорили: "На Ильин день скота не выгоняют в поле, боясь грозы и гадов, коим в этот день дана воля". 

Покровительство Ильи-пророка распространялось на охоту, а отчасти и на лесных зверей. "С Ильи-пророка открываются волчьи выходы (норы): первый выезд на волков". Охотники верили в счастливую примету: если они затравят волка в Ильин день то весь год будет удачным; а кость ильинского быка, по поверьям олонецких охотников и рыбаков, утроит их добычу. Иногда всю ильинскую неделю называли "звериною", так как именно в это время медведь не давал покоя скоту" (вологодск.). 

Пограничное положение Ильина дня между летом и осенью связывало с ним много народных наблюдений: "Во что Илья - в то и Воздвижение" /т.е. в какой день недели/; "Илья лето кончает"; "На Илью до обеда лето, после обеда осень"; "Придет Петрок - отщипнет листок, придет Илья - отщипнет и два"; "С Ильина дня на деревьях лист желтеет"; "Трава растет до Ильина дня. Смятая до этого дня, поднимается после Ильина дня - так смятою и остается" (пермск.). С Ильина дня раньше начинало темнеть, становилось холоднее: "С Ильина дня ночь длинна: работник высыпается, а кони наедаются"; "После Ильина дня в поле сива коня не увидишь - вот до чего темны ночи" (вологодск.); "С Ильи работнику две угоды: ночь длинна да вода холодна"; "На Ильин день и камень прозябнет"; "С Ильина дня начинаются утренники"; "Петр и Павел на час день убавил, а Илья-пророк - два уволок". После Ильина дня изменялось поведение насекомых и птиц: "Муха до Ильина дня кусается, а после - запасается"; "После Ильина дня комары перестают кусаться"; 

"С Ильина дня комары и пауты пропадают; с ильина дня всякой мухи по решету убудет"; "Если после Ильина дня убьешь одного комара, то их целое решето убудет" (пермск.); "До Ильи грачи по одиночке, а после Ильи большими стаями".

материал подготовлен
Баранова Ольга Геннадьевна 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить




Top