Один, Вотан, Водан (Odhin, Woden, Wotan) - верховный бог

Один (Вотан, Водан) - верховный бог

Корни имени Водана – прото-германское *Wodanaz, которое может означать “Яростный/Неистовый”,“Безумный” или “Вдохновенный”. Водан – всё это, и более: его существование – это дикий wod (прим. - дух/вдохновение/ярость), который мчится потоком сквозь разум и тело, чтобы проявиться в скальдическом вдохновении, рёве шторма, и пеннояростном безумии войнов-берсеркеров.
Из всех богов/богинь, Водан – тот, кто лучше всего известен нам, ибо его дары скальдам и сказителям саг в древнейшие дни оказались возмещены. Он – добытчик, хранитель, и даритель меда, “взмешивающего wod” (прим. - Old Norse- Odhroerir- приводящий дух в движение, название котла, где мёд поэзии хранился), который он разделяет с теми людьми, которых желает благословить, что бы они могли говорить и писать с песенным мастерством, сродни его собственному. Подобно всем богам/богиням, он многогранен, сохранилось больше его имен и проявлений, чем у кого-либо из иных божеств. Он – бог битвы и королевского правления, как предводитель Дикой Охоты, он наводит страх на германские земли, но крестьяне оставляют свой последний сноп, что бы Водан и его орда духов сделали их поля плодородными. Он отец многих человеческих детей и предатель своих избранных героев, он сидит в величии над мирами на своём престоле Хлидскяльф, и странствует по мирам в облике старого бродяги. Хотя все боги/богини имеют собственную магию, он наиболее известен как чародей, добывший руны, и отец песен гальдра.
Водан чаще всего появляется как высокий, одноглазый человек с длинной седой бородой, закутанный в темно-синий (точнее иссиня-черный, англ. blue-black) плащ с широкополой шляпой или капюшоном, надвинутым на лицо. “Сага о Вёльсунгах” описывает его как босоногого и носящего холщёвые штаны. (прим. – “Сага о Вёльсунгах”, гл. 3) Иногда также Водана видят в полном вооружении, с кольчугой, шлемом, со щитом и копьём (однако, не с мечом). Все, что относится к его священным атрибутам, говорит нам о его сущности. Темно-синий плащ, который Водан носит, - цвета смерти и немёртвых, этот оттенок наши предшественники называли хельско-синим, синим как Хель (Hel-blue, англ.). В исландских сагах человек надевал синий плащ, когда был готов к убийству, и “Сага о Тидреке” рассказывает нам, что носить этот цвет было признаком “холодного сердца и мрачной натуры”. А ещё это цвет бесконечных глубин ночного неба – царства божественной мудрости – и его способности скрываться и показываться по собственному выбору. Такова же роль шляпы или капюшона: и лицо Водана, и что он видит глазом, лежащем в источнике Мимира, всегда наполовину скрыты от человечества, его тёмная сторона равно сочетается с его блеском. Кроме того, он появляется по разному в разные времена, некоторые из верных видели оба его глаза в своих медитациях, и некоторые изображения, как считается, принадлежащие ему, например лица-маски на обратной стороне некоторых фибул с воронами вендильской эпохи, так же имеют два глаза.
Хотя Снорри Стурлусон, знакомый с дуальными моделями и христианства, и классической мифологии, старательно представляет Одина главой пантеона (и величественным правителем Асгарда), сохранившиеся свидетельства показывают, что этот бог не был любим большинством людей. В отличие от элементов “Тюр” или “Фрейр”, “Один” редко использовалось как часть человеческого имени: есть только одна позднее упоминание женщины по имени Одиндис (Odhinndis) в 10 столетии на шведском руническом камне из Вестманланда (Vestmanland) и сравнительно редкое датское имя Одинкаур (Odhinnkaur) (означает либо “Локон Одина” – в этом случае, вероятно, имя культовое, связанное с упоминанием длинных волос короля или иного человека, связанного со священным – либо “отданный Одину”). Последнее имя сохранилось и в христианский период, так звали как минимум, двух епископов королевской крови. “Одинофобия” не редкость даже сегодня, и этому есть причины. Многие призывают его для помощи в том или ином деле, и славят его как благосклонного учителя и шамана, которым он является в некоторых своих аспектах, но те, кто делает это без полной преданности ему, должны быть очень осторожны. Из всех богов/богинь Водан, кажется, наиболее скор в требовании отплаты за свои дары, и часто он берёт много больше, чем ему бы дать хотели. Один из подобных случаев - рассказ о том, как мать конунга Викара призвала Одина помочь сварить пиво. Бог помог ей, запросив взамен то, что “находится между поясом и нею”. Недоумевая, зачем он захотел её платье, она согласилась – лишь потом узнав, что она была беременна, и что речь шла о её ещё не рождённом сыне, который по желанию Одина, был посвящен ему, а позже, принесён ему в жертву.
Водан может обмануть того, кто имеет дело с ним, но он часто беспощаден с теми, кто истинно ему предан и любит его всего более. Он – грозный бог, разжигатель распри, и как показывают многие саги (и вероятно, наиболее зримо - “Сага о Вёльсунгах”), он хорошо известен испытаниями для своих избранных, вплоть до их гибели. В исландской литературе его герои относятся обычно к типу, известному как “тёмные герои” – опасные, беспокойные, раздражительные люди большой силы и трудного нрава, такие как Старкад или Эгиль Скаллагримссон. Водан сам нечасто выступает как бог социального порядка, если вообще не противоположен ему. Его любимая династия, Вёльсунги, включала стоящих вне закона, волков-оборотней, инцест брата с сестрой; сам он говорит о себе в “Речах Высокого” , 110 - “Клятву Один дал на кольце; не коварна ли клятва? Напиток достал он обманом у Суттунга Гуннлёд на горе.” (цит. в пер. А.Корсуна). Из всех богов, Водан, кажется, тот, кто чаще всего бывает в Мидгарде и кто вызывает наибольший страх людей, особенно в больших масштабах. Он выковывает своих избранных жестко и приводит их к смерти в своё время – не потому что ему нравятся их мучения, но потому что он постоянно собирает силы для Последней Битвы, Рагнарёка, чтобы новый мир смог быть рождён после гибели прежнего. Он сам некогда подвергся многим великим испытаниям, что бы обрести мудрость, которая cделает это возможным: девять ночей провисел, пронзённый, что бы обрести руны, отдал свой глаз в источник Мимира как плату за глоток воды из него.
Несмотря на это, Водан не всегда тёмен в делах или сердце. Одно из его имён – Оски (Oski), от слова “желание” (вероятно, связанное с англо-саксонской традицией имя Wusc-frea, “Желанная Фро” (Wish-Fro)?), показывает его благосклонно помогающим желаниям. Он часто является дать совет и помощь своим избранным, как Сигурду Вёльсунгу и Хрольву Краки, к примеру. В более светлом настроении он пришёл к конунгу Хейдреку в образе знакомого тому человека и вызвал конунга на состязание в загадках, он так же явился Олаву инн Дигри (Олав Толстый, так же известный как “св. Олав”) как старый рассказчик, предложивший благословение (прим. - по видимому, речь о эпизоде с жертвенным/конским мясом), что конунг-христианин отверг, попытавшись запустить в бога молитвенником. “Песня о Харбарде” рисует его разыгрывающим Тора, когда он явиляется неузнанным перед другим богом как старый перевозчик, представившийся: “Я зовусь Харбардом, я редко скрываю своё имя” ((прим. - пер. с англ.) и это сказано богом, с более чем сотней известных имён!) и поддразнивает своего сына, пока Тор не становится готов схватиться за свой молот.
Водан более чем “немного любит выпить”. “Речи Гримнира”, 20 сообщают нам, что он живёт на одном только вине, и в “Речах Высокого” он рассказывает, возможно с некоторым сожалением, про выпитые им три котла мёда поэзии: “Я был пьян, я был сверхпьян, в доме мудрого Фьялара” (прим. - пер. с англ.). В своей статье “Ominnis hegri” (прим. “Забвения цапля”, цитата из “Речей Высокого”) Урсула Дронк (Ursula Dronke) даже приводит аргументы, что ритуальное чрезмерное питие, до тошноты, было одиническим действием, которое делало или не делало приятнее следующее утро молодых танов, что пытались выиграть нечто вроде “Премии Пить–и–Блевать памяти Эгиля Скаллагримссона”… Приключения Водана с женщинами также хорошо известны: он не только прародитель многих династий от человеческих женщин, но также сооблазняет дев ётунов, как например Гуннлёд, и имеет по крайней мере трёх возлюбленных в Асгарде – Фрию, Фрове и Скади. В “Речах Высокого” он хвалится своими заклятиями, помогающими завоёвывать благосклонность женщин, и в “Песне о Харбарде” он противопоставляет свои многочисленные подвиги в спальне рассказам Тора о битвам с турсами.
Среди прочего, Водан – учитель всех существ в мирах. “Речи Сигридривы” рассказывают, как он соскоблил руны в “священный мёд” и разослал их по всем путям, так что “у асов одни, другие у альвов, у ванов мудрых, у сынов человечьих” (пер.А.Корсуна). Скальд Тьдольв из Хвинира называл его hapta snytrir – “делающий богов мудрыми”(прим. - букв. умудритель Оков(=богов)) в “Хаустлёнг” (прим. - щитовая драпа), и тоже делает Водан для людей. Хотя это никоим образом не правило и становится менее распространенным в последние несколько лет, чем когда Трот развивался, многие верные, чья жизнь отдана учебе и преподаванию, находят путь к Водану.
Водана так же называют Фарматюр (Farmatyr), “Бог Груза”.Это имя может быть прочитано несколькими способами, возможно, подобно Меркурию (которому он соответствуе в interpretatio Romana (римской интерпретации), он так же играл роль бога торговли. Может это быть отсылкой к загруженным добычей судам викингов, чьи набеги Один благословлял, может так же идти речь о его возвращении из Ётунхейма, “нагруженного” мёдом, приводящим дух в движение, или это может быть связано с его ролью перевозчика мёртвых, как показано в отрывке “О смерти Синфьётли” . В современной практике, однако, считается, что Водан как Фарматюр – бог, подходящий для обращения в случае, когда надо отыскать вещи, для нахождения трудные – не только редкие или неиздававшиеся книги, но и ритуальные предметы всех видов.
Первоначальным обликом Одина был облик бога смерти: не хранитель царства Хель, но Выбирающий Мёртвых, ведущий души из мира в мир, и выносящий силу и мудрость умерших из темных царств в светлые земли над ними. Руна *ansuz (Ас) наиболее тесно связана с Воданом, древнеисландская руническая поэма упоминает особо, что руна называет этого бога. Слово *ansuz могло сперва относится к умершим предкам, чья сила ещё помогала живым, согласно Иордану, готы называли духов предков словом "anses", которое христианский летописец интерпретировал как “полу-боги”. Как предводитель неупокоеных мёртвых и лидер Дикой Охоты, Водан был известен по всем германским землям с древних времён – возможно, что с времен древнейших. Хотя нет Северных мифов, повествующих об Охоте, имя Охотника известное как Водан или Оден (или как древняя форма - Вод (Wod)) от Скандинавии до Швеции. Стремительный поток могущества мёртвых над опустевшими зимними полями поднимает все силы, что были поглощены землёй в конце сезона урожая: последний сноп оставляют для них, что бы их благословление сделало земли плодородными вновь.
Как бог, который вступает в царство смерти и приносит силу назад, Водан становится богом магии и скальдического искусства (которое, само по себе, является частью магии гальдра): они из земель мёртвых, что учат восхождению и где бушует wod . Как рассказывает Эддическая поэма “Речи Высокого”, он получил руны в шаманской смерти-инициации. Повешенный и пронзённый одновременно, качаясь на Древе-Виселице между мирами, Водан погрузился, мёртвый, в поиски двадцати четырёх паттернов, что лежали в корнях миров – формы и звуки мощи, с которой все вещи были сотворены. Как маг, он призывает мёртвых и далее, что бы получить от них знания и услышать их мудрость их предсказаний.
Как тот, кто путешествует между мирами жизни и смерти, Водан становится королём и богом-предком, поскольку сила короля в Скандинавии и саксонской Англии была связана с курганами его прародителей, на которых правитель излагал свои мысли и законы, и со священной мудростью тех, кто в них покоился. Водан был прародителем многих родов, особенно в Англии англо-саксов, где почти все королевские генеалогии возводили к нему, и он был (вместе с Фро Ингом, о чем сказано далее) тем, кто помогает начать разговор между королём, лежащим под курганом, и правителем, что сидит на его вершине.
В течении Железного века, когда происходила миграция германских народов, возрастала роль Водана как бога битв, в этой роли он был избран покровителем многих германских племён, таких как ломбарды (англ. Lombards), алеманы (Alamanns) и херуски (Cherusci). Из поздних северных источников и упоминаний классической поры следует, что место Водана как бога битв и ,соответственно, покровителя племени было связано не с его силой как воина, но с его ролью Выбирающего Убитых: бог, определяющий потери был, безусловно, и тем, кто управлял исходом сражения и потому Валфёдр (Valfodhr, Отец Павших) стал Сигфёдром (Sigfodhdhr, Отец Победы). В поздних северных источниках, таких как "Прядь о Стюрбьёрне" ( прим. “Прядь о Стюрьбьёрне шведском богатыре”), войско было отдано Одину броском копья над ним со словами “Один владеет всеми вами!” (прим. – “официальный перевод”: Эйрик Победоносный запускает копьё в войско Стюрбьёрна со словами “Я дарю вас всех Одину!”). Многочисленные клады оружия и число пленённых и принесённых в жертву в Железном веке так же свидетельствуют о таком посвящении: каждый выживший в битве с проигравшей стороны был уже отмечен как принадлежащий богу.
Водан никоим образом не был единственным богом викингов, не был даже для тех, кто отправлялся осваивать или завоёвывать новые земли для себя на юге. Но его присутствие было, несомненно, ощутимым среди них. Знамя Ворона было рождено в Дании в 878, как описано в “Англо-саксонской хронике” (Anglo-Saxon Chronicle): “боевой стяг…который они называли Ворон”. Ecomium Emmae Reginae (прим. – “Панегирик (или Похвала) королеве Эмме”) рассказывает, что у данов был флаг из белого шёлка, в центре которого ворон показывал время для войн. Согласно “Саге об Оркнейцах” ярл Сигурд с Оркнейских островов имел знамя с вороном (сотканное его матерью), которое давало победу тому, перед кем его несли, но смерть тому, кто его нёс – вероятно как знак жертвы Одину. Турвилле-Петре (Turville-Petre) полагает, что этот бог был личным покровителем многих королей Норвегии, таких как Харальд Харфагри ( Хральд Прекрасноволосый) или Эйрик Блодокс (Эйрик Кровавая секира). Хотя есть немного указаний на культ Одина в Исландии, где Тор и Фрейр были любимыми божествами, Один не был неизвестен здесь. Его почитание в этих краях, однако, кажется было ограничено несколькими личностями – скальдами, такими как Эгиль Скаллагримссон, и своенравными искателями приключений наподобие Вига-Глума – которые не только подходили ему по своей природе, но и происходили из семей, в которых имелась традиция почитания Одина. И даже в таких семьях посвящение Одину никоим образом не было правилом: брат и дядя Эгиля, оба носившие имя Торольв, не разделяли мудрости или угрюмого нрава одинистов в семье, Квельдульва Скалла-Грима и Эгиля.
Хотя Водан – бог битвы, его трудно увидеть борющимся лично. Он выбирает убитых, но редко в действительности убивает их, его решения достаточно, что бы определить их судьбу. Как знак этого, можно заметить, что он не носит меча: хотя он даёт мечи и иное вооружение своим героям, и, кажется, носит броню и шлем, его единственным оружием является копьё Гунгнир (“Потрясатель”). Копьё – знак его могущества, используемый для освящения – но не так, как Молот Тора. Освящение Молотом – благословение, освящение копьём судьбы, кто бы его не отправил в полёт, - разрушение в Мидгарде, что бы Водан мог получить освященного в собственных палатах. Хотя на большинстве рисунков Гунгнир изображается как копьё ближнего боя, все упоминания о его использовании или, точнее, о Воданическом использовании любого копья, говорят нам, что это копьё метательное. Многие наконечники копий с руническими надписями эпохи Переселения Народов так же очень узкие у черенка, что свидетельствует, что они использовались скорее для метания, чем в вблизи. Это же верно для древка копья из Крагегуля (Kragehul, Дания, 5в.), надпись на котором является спорной, но, кажется, относится к ритуальному посвящению его жертв.
Водан известен как правитель Валхаллы – Палаты Убитых, где избранные эйнхерии (einherjar – “одинокие/единственные воины”) сражаются днём и пируют каждую ночь, готовясь к Рагнарёку. Хотя Снорри представляет Валхаллу как Северные Небеса, доступные только избранным, убитым в бою, по контрасту с Хель, куда попадают все, встретившие иной конец, эта точка зрения выглядит поздней, развитие веры в Валхаллу обсуждается далее в главе “Душа, Смерть и Возрождение”.
Неотделима от веры в Валхаллу и вера в валькирий (walcyriges, valkyrjur) – женщин, что выбирают убитых для Водана и подносят питьё богу и героям в Валхалле. В раннем Асатру слово “валькирия” ( прим. имеется начало современного возрождения язычества) использовалось для обозначения женщины, подносившей питьевой рог во время ритуала, это было также почетное именование сильной женщины или же, иначе, технический духовный термин для прекрасной женственной сущности, которая защищает, учит и вдохновляет высшую часть души. О валькириях будет сказано дальше в разделе “Существа”, здесь же достаточно сказать, что читая об их бытии, которое лучше всего подтверждено старинными источниками, можно прийти к выводу что они, по-видимому, являются частями самости Водана, посылаемыми вдаль в женственной форме. Сам бог называется Валькъёсанди (Valkjosandi, прим. – Посылающий Валькирий), мужское отражение женственных валькирий, и имена валькирий – Гёндуль (Gondul , вероятно связанное с gandr – “магический посох или жезл”) зеркально хейти Одина Гёндлир (Gondlir). Имена валькирий Херфьётур (Herfjotur,боевые оковы) и Хлёкк (Hlokk, путы) похоже, произошли от умения Водана накладывать боевые оковы, Скёгуль (Skogul, Кричащая) может быть связано с хейти Одина Видхримнир (Vidhhrimnir, тот, кто кричит против/кричащий обратное)). Валькирии часто действуют как посланницы Водана и, как отражено у Вагнера, олицетворяют его волю. “Речи Хакона” Эйвинда Погубителя скальдов рисуют Одина посылающим Гёндуль и Скёгуль выбрать Хакона Доброго в битве и принести его обратно в Валхаллу, в “Саге о Вёльсунгах” бог посылает валькирию с яблоком плодородия для одного из его героев (прим. – гл.1, к Рериру сыну Сиги).
Наиболее известные животные Водана – вороны и волки, описанные в Северной литературе как те, кто кормится “ячменём Игга” – телами убитых в бою. Его два ворона, Хугин (Hugin, “Погруженный в размышления/Размышляющий” или “Дерзский/Отважный”) и Мунин (Munin, “Помнящий/Внимательный” или “Желающий”), летают повсюду каждый день, принося ему новости со всех миров. Имена воронов часто некорректно переводят как “Мысль” и “Память”, но в действительности это прилагательные. Наши предшественники считали, что увидеть перед собой двух летящих воронов – знак великой благосклонности Водана, особенно перед битвой. Когда Хакон ярл Хладира, насильно крещённый, сумел освободиться и пробивался домой, “он совершил большое жертвоприношение. Тут прилетели два ворона и стали громко каркать. Ярл решить, что, значит, Один принял жертвоприношение и будет помогать ему в бою. ”(“Круг Земной” , “Сага об Олаве сыне Трюггви”, разд.2, пер. М. И. Стеблин-Каменского ). Ворон так же связан с Воданом благодаря своему отношению к виселицам, а именно: “Невозможно … однозначно определить, стал ли ворон сперва ассоциироваться с Одином как птица виселиц или птица битв, германская практика жертвоприношений через повешение пленных после боя могла на практике сделать различия между двумя источниками питания ворона бессмысленными” (Гранди, “Ворон в культе Одина” (Grundy, "The Raven in the Cult of Odhinn) – неопубликованный раздел диссертации).
Волки Одина зовутся Гери (Geri) и Фреки (Freki), оба имени означают “Жадный/Прожорливый”. В своём описании Валхаллы “Речи Гримнира”, 20 сообщают нам. что “Гери и Фреки кормит воинственный Ратей Отец; но вкушает он сам только вино, доспехами блещущий” (пер.А.Корсуна). В Северной и англосаксонской поэзии “насыщать волков” было обычным обозначение для убийства человека, но здесь образ великого вождя, кормящего собак в своих палатах – двойной, показывающий Водана как блистательного правителя Дома Богов и как тёмного правителя усеянного телами поля боя. Волки демонстрируют свирепую сторону боевой мощи Водана. Его воинами были берсеркеры и оборотни, часто именуемые ulfhedhnar (волчья шкура) из –за использования ими волчьих шкур для перехода в данное состояние духа, в этот wod. Самое известное изображение такого воина – на одной из матриц для изготовления накладок на шлем из Торслунда (Torslund, прим. местечко на о.Эланд, Швеция, бронзовые матрицы датируются VIIв.), на которой изображён человек в волчьей шкуре, держащий копьё перед одноглазым вооруженным танцором, который носит шлем с рогами, заканчивающимися птичьими головами. Аналогичные фигуры также появляются на пластинах с ножен меча из Гутенштайна (Gutenstein, Нижняя Австрия) и в могиле из Кунгсенгена (Kungsangen ,Швеция ок.800г.).
Помимо воронов и волков, Водан имеет также восьминогого коня по имени Слейпнир (Sleipnir, “Cкользящий”), на котором он путешествует по мирам. Лошадь изображена на Готландских резных камнях Ардре VIII (Ardre VIII) и Алског Тьенвиде I (Alskog Tjängvide I). Было много рассуждений о значении ног Слейпнира. Самая простая причина – что восемь ног на рунических камнях были способом показать скорость лошади, и только позже стали специфической особенностью коня Одина. Однако, в “Мифах и религии Севера” (Myth and Religion of the North) Турвилле-Петре (Turville-Petre) сообщает нам, что “видения, предвещающие смерть, часто появляющиеся верхом на серых…(и) изуродованных лошадях с различным числом ног, широко известны как предвещение зла.” (стр.57). Х.Р.Эллис-Дэвидсон (H.R. Ellis-Davidson) утверждает, что возможна связь между восьминогим Слейпниром и погребальной процессией с 4-мя людьми, несущими гроб, она так же упоминает про азиатскую шаманку и её восьминогую лошадь (“Боги и мифы Северной Европы”, стр.142-143(Gods and Myths of Northern Europe)). Восемь ног Слейпнира так же могут быть отражением восьми миров, окружающих Мидгард.
Водан появляется лично как змея и орёл, принимая обе формы во время поиска мёда поэзии, два его хейти (heiti, замены имени), Офнир (Ofnir) и Свафнир (Svafnir) также были в списке имён змей, что подгрызают корни Мирового Древа.
В прежние дни культ Водана особо включал человеческие жертвоприношения. Хотя он был не единственным божеством, которому отдавались людские жизни, в его культе это было принято в большей степени. Эта практика, конечно же, не может быть продолжена. Тем не менее, был другой способ “человеческой жертвы”: посвящение своей собственной жизни Водану, посвященый таким образом известен как feigr (обреченный) – готовый и желающий в равной степени жить или умереть для бога. Лучше всего об этом сказал Сигмунд Вёлсунг, после того, как появившийся Один сломал меч, некогда данный им же герою. Когда супруга Сигмунда Хьёрдис нашла его раненного на поле, она спросила, можно ли ему помочь, он же ответил: “Многие живы, когда мала надежда; но меня оставила удача (heill), так что не желаю я, что бы меня лечили. Один не хочет, чтоб я обнажал меч снова, раз теперь разбил его. Я сражался, пока он желал этого.” (прим. - цит. по англ. версии). Эмблема, называемая валькнут, состоящая из трёх переплетённых треугольников, прочно связана с Воданическим жертвоприношением и/или смертью в битве, по крайней мере, в этом контексте она появляется на резных Готландских камнях.
Хотя ещё ведутся академические дискуссии о том, что этот знак мог означать в прежние времена, язычники сегодня считают, что валькнут – знак тех , кто отдаёт себя Водану и носить его должны только те, кто желает пасть по его выбору. Старосеверная реконструированная форма *valknutr – “узел убитых” – основывается на современном норвежском названии valknut для вышитого или тканого узора.
Один имеет двух братьев, с которыми создавал мир, их имена Вилли (Vili) и Ве (Ve) (прозаическая Эдда) или Хёнир (Hoenir) и Лодур (Lodhurr) (“Прорицание вёльвы”). Хёнир появляется как брат Водана в других мифах, к примеру, как один из заложников, отданных Ванам, Лодур часто интерпретируется как Локи, в связи с мифами, в которых Один, Хенир и Локи вместе путешествуют по мирам. Vili и Vé означают “Волю” и “Святость” , они часто рассматриваются как ипостаси самого Одина. Де Вриес (De Vries) указывал, что в традиционных германских генеалогиях младшее поколение имеет три аллитерирующих имени, и потому триада Odhin-Vili–Ve возвращает нас назад к Прото-Северному (Primitive Norse, прим. - он же Proto-Scandinavian, Proto-Nordic, Ancient Nordic, Old Scandinavian and Proto-North Germanic), перед потерей начального “W” перед “o” и заменой “w” на “v”, которое является одним признаков перехода от Прото-Северногок Старо-Северному (Old Norse) (Altgermanische Religionsgeschichte II, стр. 281).
Священные места, посвящаемые Водану в древности, включали горы, поля, озёра, потоки, и, наконец, болота и могилы. Он сам часто представляется богом ветра, особенно штормового ветра, но столь же присущ ему водный аспект: в рассказе о смерти Синфьётли. Он является тем, кто правит судном мертвых в тёмных водах, и “Песнь о Харбарде” так же показывет его перевозчиком.
Камни, которые можно связать с этим богом в наши дни – это метеориты и ляпис-лазурь. Поскольку ясень использовался для древок копий, он, как кажется, может быть деревом Водана, тис так же видится его деревом из-за его тесной связи с магией (особенно с рунической магией) и смертью. Упоминания 19в. говорят о красных мухоморах (англ. fly agaric) как о порождении пены, капающей с губ Слейпнира, но похоже, это порождение немецкого романтизма. Так же весьма сомнительно, что бы красные мухоморы или любая другая психотропная субстанция использовалась для возникновения состояния берсеркера, хотя мухоморы имеют долгую историю использования в шаманизме. (Примечание: красный мухомор ядовит, если не приготовить его надлежащим образом – не пытайтесь проделать это дома). Европейскую мандрагору (не путать с американской мандрагорой или подофилом (May-Apple)) так же можно счесть подходящей для работы с Воданом, так же как боярышник (hawthorn) и полынь (чернобыльник, mugwort).
Напиток наиболее связанный с Воданом – мёд, благодаря очевидной связи мёда и скальдического искусства. Упоминание в “Речах Гримнира” “вина” могло подчеркивать статус Водана, т.к. вино было редким напитком, привозимым в Скандинавию из южных стран, в статье в “Skalk” (прим. - датское периодическое издатение, специализирующееся на истории, археологии и культуре) Кристин Фелл (Christine Fell) замечает, что это слово могло использоваться для любого вида сброженного фруктового напитка. Особенно в поэтическом использовании оно могло быть ссылкой на алкогольные напитки вообще. Так же в наше время находят, что акавит (akavit, прим. – скандинавский напиток крепостью ок.40гр., спирт из зерна или картофеля, настоянный на травах) является хорошим напитком для обращения к Водану.

Составители:
• Фрейя Асвинн (Freya Aswynn), Старшая (англ. - Еlder)
• Стефан Гранди (Stephan Grundy (резюмировано Квельдульвом Гундарссоном (Kveldulfr Gundarsson) на основании находившейся на момент написания главы в доработке докторской С.Гранди : Культ Одина: Бог Смерти? (The Cult of Odhinn: God of Death?))
• Квельдульв Хаган Гундарсон (Kveldulfr Hagan Gundarsson), Хранитель учения (англ.Warder of the Lore)
• Диана Паксон (Diana Paxson), Старшая
• И все члены Трота, принимавшие участие в обсуждении темы "Глаза Одина"
Перевод Традис (Надежда Топчий)

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить




Top