Жар-птица — волшебная, светозарная птица из Ирия Небесного

Жар-птица — волшебная, светозарная птица из Ирия Небесного

Волшебная, светозарная солнечная птица из верхнего мира - Ирия Небесного, обители богов Славян и Ариев. Исходящий от её оперения свет озаряет всю округу: «Чудный свет кругом струится, но не греет, не дымится...». Сияние её перьев так же слепит глаза, как свет солнца или блеск молнии. В одной сказке о Жар-птице говорится так: «На ней перья золотые, а глаза восточному хрусталю подобны».

Чудесно поёт, иногда разговаривает девичьим голосом и принимает девичий образ. Может заворожить человека своим взглядом и пением. Но редко поёт в неволе, тоскует и может даже погибнуть, если её посадить в клетку.

Её цвет - золотой, цвет солнечного огня и молнии. Она питается золотыми молодильными яблоками, дающими безсмертие, вечную молодость и красоту. Одни сказки говорят, что когда поёт Жар-птица грозную песню, из её раскрытого клюва сыплются блестящие молнии и звучат раскаты грома. Другие сказки говорят, что её пение столь прекрасно и радостно, что чарует и завораживает человека, а из её клюва в это время сыплется скатный жемчуг. И даже боги любят смотреть на неё и слушать пение Жар-птицы, так как она воплощённый образ чистоты солнечного огня и совершенства.

Пение Жар-птицы подобно живой воде - слушающий его обретает здоровье и молодость. Даже одно её перо приносит великое счастье человеку, который им завладеет; об этом мечтали многие земные цари и владыки. Цена ему - целое царство, а самой птице и вовсе цены нет. Но тем, кто пользуется этим пером ради корысти, оно приносит беду. В сказках она прилетает в наш мир из тридевятого царства, то есть из Ирия Небесного - обители богов, где живёт в «райском саду», окружающем терем Царь-девицы (Грозы-девицы, Перуницы). Её защитник - сам бог грозы и молний Перун. Иногда Жар-птица это образ бога Солнца, Дажьбога

Говорят, что последний раз видели люди чудесную птицу на Руси в 1108 году, и об этом даже записано в Никоновской летописи: «Явися в Киеве на церкви Святого Архангела Михаила Златоверхаго птица незнаема, величеством бе с овна и сияше всякими цветы и песни пояше безпрестанно и много сладости имуще изношася от нея: и седе на церкви той шесть дней и отлете и никтоже нигдеже можаще видети ея к тому».

«... Вот полночною порой
Свет разлился над горой, -
Будто полдни наступают:
Жары-птицы налетают...» («Конёк-Горбунок» П. Ершов)

«Повадилась к царю Выславу в сад летать Жар-птица; на ней перья золотые, а глаза восточному хрусталю подобны. Летала она в тот сад каждую ночь и садилась на любимую Выслава-царя яблоню, срывала с неё золотые яблочки и опять улетала.

... На третью ночь пошёл в сад караулить Иван-царевич и сел под ту же яблоню; сидит он час, другой и третий -вдруг осветилось всё так, как бы многими огнями: прилетела Жар-птица, села на яблоню и начала щипать яблочки. Иван-царевич подкрался к ней так искусно, что ухватил её за хвост; однако не мог её удержать: Жар-птица вырвалась и полетела, и осталось у Ивана-царевича в руке только одно перо из хвоста, за которое он весьма крепко держался». («Сказка об Иване-Царевиче, Жар-птице и о сером волке», русская народная сказка)

«Вдруг зашумел лес, поднялись волны на море - летит Жар-птица; прилетела, спустилась наземь и стала клевать пшеницу. Богатырский конь подошёл к Жар-птице, наступил на её крыло копытом и крепко к земле прижал. Стрелец-молодец выскочил из-за дерева, прибежал, связал Жар-птицу, сел на коня и поскакал во дворец». («Жар-птица и Василиса-царевна», русская народная сказка)

«Трёхсын вскочил на коня и произнёс заветные слова, которым его научила коровка. Конь сверкнул молнией, взвился на дыбы, поднялся к облакам и опустился под липой, на которой любила отдыхать Жар-птица при своём перелёте. Трёхсын тотчас насыпал под деревом сон-травы и сам отъехал в ближайшую рощу. В самую полночь на восточном склоне неба засветилось не то солнце, не то луна, которая прямо двинулась на липу: то была Жар-птица; она прилетела и села на своём излюбленном месте и вскоре заснула.

Трёхсын, недолго думая, подскакал на своём коне, схватил птицу и стрелой полетел обратно к царю. Через некоторое время Жар-птица проснулась, стала рваться к облакам: приподняла всадника вместе с конём, но не могла вырваться.
«Напрасно, не трудись, миленька птичка, - отозвался Трёхсын, - не вырваться!.. Я привезу тебя к царю и запру в железную клетку».

«О, не запирай меня, Трёхсын, - взмолилась человеческим голосом Жар-птица, - позволь мне быть на свободе, и я всюду полечу за тобою».
Трёхсын отпустил птицу, которая и полетела вслед за ним...». («Польские сказки»)

«Посмотрели царь со знатью - а вокруг города, словно чёрная туча клубиться: это вражья рать к приступу готовится. Испугались: «Ой, беда неминучая! Погибель и царству, и нам, и всему народу!..» Наклонился тут царевич к клетке и молвил тихонько: «Кликни-ка сюда на подмогу, чудо-птица, своих сыновей-богатырей!».

Встрепенулась Жар-птица - так, что сияние от неё озарило всё кругом, - подняла вверх голову, и закричала тонким голосом. Только смолк её крик, глядь - мчаться из ближних лесов на вражью рать тридцать два молодца-богатыря. Впереди - сам Иван Меньшой - разумом большой на своей кобылице-златогривице...»
(«Иван Меньшой - разумом 6ольшой», русская народная сказка)

«... Там стеклянный дворец окружают сады,
Там Жар-птицы поют по ночам
И клюют золотые плоды,
Там журчит ключ живой и ключ мёртвой воды -
И не веришь и веришь очам...» («Зимний путь» Я.П. Полонский)

«Может, я не о том думаю?» - решил Пан Перунович и стал вспоминать приятное: как они выводили Жар-птицу. Цыплёнок был покрыт редким розовым пухом, светился в темноте и обжигал ладони, когда его брали на руки. Не знали, чем кормить, и зря старалась подсадная мачеха-курица, склёвывая рядом пшеничные зёрна: цыплёнок стучал каменным клювиком по зёрнам, но не брал их. Все впали в траур. С таким трудом вывели.... И подох бы цыплёнок Жар-птицы, когда б не Иванушка. Как раз у него был день рождения, и заявился он в детскую комнату в новом кафтане. Видит, цыплёнок уже на боку лежит ещё, правда, горяченький. Так жалко ему стало.... «Цыпочка ты моя», - говорит Иванушка и берёт цыплёнка в руку, кладёт на ладонь, а тот один глаз приоткрыл и последним усилием - хоп, и склюнул с манжеты жемчужину! И вторую!.. «Понимаете, разволновался, вспоминая, Пан Перунович, - ведь это взрослая Жар-птица и зерно клюёт, и сердоликовую гальку в ручьях находит, а пока она цыплёнок - только мелкий речной жемчуг потребляет!». («Василиск» С. Другаль)
Источник: "Сказочный словарь".

ПОЛЁТ ЖАР-ПТИЦЫ

Траян Велимудрый!
Дозволь мне Златою Тропою пройти.
Траян Кругомсущий, открой мне во Время Пути.
Прошу, сохрани и веди сквозь Мира во плоти.
Мне надо любимого братца найти...
Он соколом ясным в далёкую высь улетел,
Не ведаю я, где во Сварге полёта предел.
Возьму тяжкий посох, твоею Тропою пойду,
За тридевять царств я любимого брата найду.
Мне б только взглянуть, в его ясны глаза,
Мне только бы знать, что минула гроза...
И если отпустит, уйду навсегда,
Не зная, что делать с любовью тогда...
Траян Всемогущий!
Стою я у врат... Пропусти...
Ты ведаешь всё. Путь к нему освяти...

Прецессия (латинское: иду впереди) — это движение твёрдого тела, имеющего не-подвижную точку, которое слагается из вращения с угловой скоростью вокруг оси. На-ряду с прецессией тело совершает также нутационное движение, при котором проис-ходит изменение угла нутации. Пример прецессии — движение волчка, гироскопа.

В астрономии прецессия - медленное движение оси вращения Земли по круговому конусу, ось которого перпендикулярна к эклиптике или медленное движение оси мира по круговому конусу, ось которого перпендикулярна к эклиптике. Период полного оборота ~ 26 000 лет.

Солнечно-лунная прецессия — нутация (латинское: колебание), возникающая вследствие непрерывного воздействия Солнца и Луны относительно Земли.

Для тех, кому всё ещё не понятно.

Нутация у растений - вращательное движение верхушек растущих органов, наиболее четко выраженное у вьющихся растений. Нутация относится к ростовым движениям и обусловлена неравномерным ростом различных частей органов растений.

Для тех, кому всё ещё не понятно.

Чертог Вепря

Когда возникло в сознании это слово: прецессия, откуда оно взялось и что обозначает? Около двух недель назад. Тогда я открыла «БСЭ» и, прочитав статью, глубоко задумалась. Ещё бы. То, что происходило вокруг меня и непосредственно мною ощущалось, называлось именно этим словом.

Мне, вдруг стало неуютно на работе. Мои коллеги и друзья, с которыми я проработала много лет, вдруг, дружно стали указывать мне на дверь. Более того, эти милые люди заботились о том, чтобы у меня не было работы, соответственно, не было и денег. Времени у меня было предостаточно, и, наблюдая за их поведением, а другого мне ничего не оставалось делать, я убедилась в том, что 37-ой год никуда не ушёл. Он всегда с нами, легко устраивается и что характерно, с радостью исполняется всеми, кто участвует в травле.

— Дети Солнца не нуждаются, ни в работе, ни в деньгах, - сказала я своим коллегам.

Процесс вырывания с корнями происходил масштабный и скоротечный.

Кадровичка, окружённая экстрасенсорной поддержкой, оценивала людей исключи-тельно по энергетической силе. Хорошо, когда ты не знаешь, с кем имеешь дело. К моему великому сожалению, я прекрасно знала, что скрывается за громкими фразами,

произносимыми с пафосом о родном предприятии. Деньги, Деньги, ещё раз Деньги - один из главных источников подкормки вурдалаков.

И я пошла со своей любимой работы с прицепом угроз и оскорблений. Хоть я разом и оборвала все прежние привязки, но фантомные ощущения всё ещё тянули вниз.

Процесс прецессии был завершён удачно. И это единственное, что радовало. А так... Одинокая женщина лицом к лицу с суровой реальностью жизни.

Так я и плыла тихо-тихо в теплом майском воздухе, углубившись в себя, не замечая ничего вокруг, потому что никто не мог мне ни помочь, ни поддержать в этот миг.

Когда-то Новоизмайловский проспект был совершенно другого вида. На нём росли редких видов старые деревья, большие, величавые, необыкновенно красивые, они думали, что устроились здесь на века. Но несчастье произошло в одночасье. Пришла великая прецессия и на их зелёные кроны. По городу Санкт-Петербургу прошёл жестокий Великан. В своей ярости он не пожалел ничего, что повстречал на своём пути. Он срывал рекламы, крыши, переворачивал машины. А деревья он с особой тщательностью выкручивал и раскладывал в строгом порядке, создавая какой-то узор, видный только ему.

Вывернутые с корнем, они лежали безпомощные, ещё живые и, понимая, что умирают, кричали, прощаясь друг с другом и с этим миром.

Люди посадили на их месте новые липки и те, понятия не имевшие о великой прецессии, стали новыми хозяевами проспекта, даже не задумываясь о судьбе старых деревьев.

И так, я тихо плыла в тёплом майском воздухе. На одной из скамеечек сидел дед-пенсионер. Он крошил хлеб голубям и воробьям, и те дружно клевали корм. Всё новые и новые птицы слетались на хлебный пир.

Я доплыла до скамейки, решила присесть и посмотреть на это приятное моему глазу и сердцу действо. Дед крошил и крошил хлеб, молча подкидывая его птицам. Голуби, умело пользуясь массой тела, отпихивали воробьев и умыкали у них самые лакомые кусочки. Но воробьи, юркие и проворные, все равно обманывали их и успевали утащить у неповоротливых соседей положенные им куски.

- Вот так...— произнёс Дед.

- Да ... - поддержала я нашу оживлённую беседу и снова погрузилась в свои печаль-ные мысли.

- Тяжко тебе...— не то спросил, не то констатировал факт Дед, подкидывая новую порцию хлеба птичкам.

Я отвернулась, не желая больше вступать в разговоры неизвестно с кем. Лучше всего было бы встать и уйти, но идти дальше сил не было. Да и не хотелось. Я пришла. Мне хотелось сидеть вот так, среди птиц, и созерцать безконечно, как Дед подбрасывает им хлеб.

-Вот смотри, - не унимался Дед, — птица птице рознь. Вон, гляди, ворона прилетела, все остальные врассыпную кинулись. Теперь, пока она не насытится, никто уж смело не подойдёт к корму, разве что украдкой.

- Да, - подтвердила я, не выходя из своего укрытия, скорее из вежливости, чем из понимания того, о чём говорил дед.

- А вот посмотри на людей. То же самое ... Клюют все. И поведение такое же, как в птичьей стае...

Мы помолчали. Дед задумчиво смотрел на птиц. Я, собравшись с силами, встала со скамейки, чтобы идти дальше. Хороший дед, только что мне в его разговорах и философии.

-Конечно, милая, Жар-птица особая птица. Она ни в чём не нуждается. Ни в деньгах, ни в работе... — бросил мне вслед Дед.

Я обернулась и пристально посмотрела на собеседника. Интересно, откуда он мог знать мои мысли и проблемы?

-Да... Но только простите, я говорю: Дети Солнца в деньгах не нуждаются, - гордо вскинув голову и расправив плечи, - поправила его я.

-И это во всех смыслах не нуждаются: они, и не нуждаются, и не нуждаются, — засмеялся Дед. — Попалась, голубушка!

Лёд растаял, я улыбнулась и снова села на скамейку. Дед протянул мне хлеб.

— На, — сказал он, - покорми живность.

Я отломила кусок хлеба. Как изумительно он пах! И полевыми цветами июня и жарким Солнцем июльского полудня и дождями августа и жаром печи... Не удержавшись, я положила кусочек хлеба в рот и съела его.

-Я птиц тут кормлю, - засмеялся старик, внимательно за мной наблюдавший, - вот и угадай здесь, какая особь к тебе кормиться нонеча прилетит. Видишь, что творится: Жар-птицы так и порхают по городу, с руки корм клюют! А, ведь по сути своей, редчайшее явление в Природе! Все больше курицы встречаются.

Не могу ничем объяснить дальнейшее свое поведение. Я встала во весь рост, ухватила свой платок за углы, и раскинула руки. Взглядом, полным осознания своего собственного достоинства я посмотрела вокруг и произнесла следующую речь:

- Да, мы — Жар-птицы! Стаями не летаем, с чужой руки не кормимся, не приручаемся. В ценностях мира сего не нуждаемся. Любим всё, что горит, блестит и сияет. Нас это завораживает. Учти Дед, если уж стал водиться с Жар-птицей, то не путай её с обыкновенной курицей. Сажать её в курятник к курам не рекомендуется - породу и у тех и у других испортишь. Куры, они птицы обстоятельные, простые, завидовать начнут, или ещё хуже, подражать неземной соседке, да, в конце концов, просто не оценят с кем рядом сидят. А Жар-птице, ей всё равно, что куры, что не куры рядом, она самодостаточна, но ей воля нужна, полёт, простор. Ничего не имею против курицы, но у Жар-птицы предназначение другое, нежели у курицы. Жар-птица это - берегиня, жар Солнца, энергия звёзд, исполнение желаний и мечты.

- Ишь ты, запела, - изумился Дед. Садись-ка ты ко мне на руку, Золотая моя птица.

С этими словами он протянул мне сложенные вместе указательный и средний пальцы, и я, обернувшись в сияющий яркий шар цвета кармина, вспорхнула на них. Где-то далеко-далеко остались мои прежние заботы, так тянувшие меня вниз. Мне, вдруг стало легко и уютно...

Из книги Родяны Цвєтковой «Полёт Жар-Птицы»

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

* Нажимая на кнопку "Добавить комментарий" или "Подписаться" Вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности.



Top